"Аманаты"

11 января 2019

В один из последних дней ушедшего 2018 года директор Федеральной службы войск национальной гвардии Виктор Золотов совершил публичное признание относительно некоторых аспектов своей личной жизни.
Признание нельзя считать добровольным. Это, скорее, вынужденный комментарий, вызванный публикацией некоторых сведений о генерале Фондом борьбы с коррупцией Алексея Навального. А именно – информации о приватизированной госдаче и о том, что внук генерала учится в Соединённом королевстве.

Золотов, в частности, сказал, что учёбу внука в Великобритании оплачивает его сын, который имеет свой бизнес и может себе это позволить. А сам генерал гордится внуком и убеждён, что он, вернувшись через три года в Россию, станет отличным экономистом.
Впрочем, наличие в собственности дачи и то, на какие средства юный Золотов где-то учится, - вопросы не столь существенные. Гораздо важнее тот факт, что обучение он проходит именно в Британии.
Все англоязычные страны табуируются для посещений сотрудниками спецслужб в силу жёсткого контрразведывательного режима в этих государствах. И это не перестраховка. Практически любая мало-мальски значимая персона, прибывшая в Великобританию, США, Канаду и Австралию, немедленно становится объектом оперативной разработки. В том числе и на предмет вербовки.
Молодым людям, приезжающим учиться в британских или американских престижных заведениях, уделяется в этом смысле особое внимание. Как правило, задача их вербовки не стоит; это слишком ценный материал, чтобы подвергать его опасности. Из них стремятся сделать куда более серьёзное оружие – агентов влияния, которые с большой долей вероятности займут ведущие посты в руководстве страны и бизнес-сфере.
В этом нет ничего нового. Например, для укрепления своих позиций на Кавказе Российская империя широко использовала институт «аманатов», то есть почётных пленников. Поскольку в незыблемость клятв там никто не верил, важные договоры подкреплялись передачей заложников – как правило, близких родственников договаривающегося субъекта. Мятежные вожди горцев, присягая Белому царю, передавали в аманаты своих сыновей. Их, как правило, отправляли учиться в кадетский или пажеский корпус, после чего принимали на службу в гвардейские полки. Через несколько лет горский юноша превращался в офицера, мыслящего как русский человек, всецело преданный царю и Отечеству. В случае, если отец изменял России (а такое случалось нередко), аманата не казнили (как это предполагалось), ничего в его жизни вообще не менялось. Когда же приходило время возвращения к соплеменникам, он, как правило, пытался проводить в горских обществах политику в интересах России. Известно, что один из сыновей имама Шамиля склонял отца к покорению царю и был отравлен противниками мира с русскими.
Похожим образом поступали и западные державы в отношении национальных элит завоеванных стран. Впрочем, они делали упор не на приобщение молодых людей к мировой культуре, и их нравственное развитие, сколько на их развращении и создании «крючков», за которые можно будет дёргать будущих марионеток.
Так и сегодня для внедрения «западных ценностей» в сознание российских учеников частных школ и студентов престижных вузов используется целый ряд методов. Это и обычное «промывание мозгов», и инициация в тайных обществах, считающаяся неотъемлемой частью студенческой жизни в Великобритании и США. И наконец, содомия, также являющаяся важной традицией «воспитания» в элитарных учебных заведениях.
В результате, в течение нескольких лет из юноши получается нравственный урод с заложенной в его сознании программой на разрушение своей страны и полностью ассоциирующий себя с Западом.
Вряд ли всё это является тайной для генерала Золотова и других представителей российской «элиты». За их решениями стоит не просто желание дать хорошее образование своим детям и внукам (которое, вполне можно получить и в России), а стремление сделать их частью западной элиты. И в таком смысле – это политический выбор, говорящий о том, что эти люди не связывают будущее своих потомков, а, возможно, и свое собственное, с Россией. Это вызывает куда большую тревогу, чем банальная коррупция.